Андрей Липатов
26 сентября 2016

Так бедные мы или богатые?

В мире сегодня живет около 7 млрд. человек, из них только один так называемый “золотой миллиард”

Еще 1 млрд. человек живет за границей абсолютной бедности, - а это по данным ООН, менее 1,25 USD в день, большинство из них находятся в беднейших странах Юго-Восточной Азии (около 500 млн.) и в Африке, южнее Сахары (300 млн.). Еще 3 млрд. людей на планете живут на 2 USD в день. Итого, получается, что добрая половина населения планеты существует на уровне бедности. Сравните ВВП (по паритету покупательной способности, 2015 г.) на душу населения в Норвегии 68430 USD, Россия - 25411 USD, а в Либерии - 873 USD (данные МВФ - IMF: World Economic and Financial Surveys; World Economic Outlook Database). Вот и соответствующие результаты качества жизни: средний возраст населения Нигера 16 лет, Конго 17 лет, что объясняется ранней смертностью. Для развитых стран этот порог в 3 раза выше. Ожидаемая продолжительность жизни в Нигерии - 54,5 года; в России - 70,5 лет; в Норвегии – чуть более 81 года (данные Всемирной организации здравоохранения: Global Health Observatory data repository, 2016).

Все международные организации объявляют своей первоочередной задачей борьбу с бедностью. Так, например, за последние 30 лет число бедных в Китае сократилось на 200 млн. чел. Но вот что интересно, сокращение абсолютной бедности в Китае происходило одновременно с увеличением социального расслоения, то есть, увеличения разницы между доходами богатых и бедных. В 1980 г. коэффициент Джини составлял в Китае 0,3, в 2005 - 0,45, и в 2014 г. - он составил 0,469. Является ли неравенство доходов, то есть, возможность для предпринимателей зарабатывать и накапливать богатство, источником экономического развития? Ведь известны и противоположные примеры, в Бразилии и других странах Латинской Америки коэффициент Джини стабильно высок, на уровне - 0,497, в ЮАР - 0,65, но существенного экономического роста не наблюдается и преодоления абсолютной бедности также. Напротив, в Швеции, где коэффициент Джини на уровне 0,2 - 0,25 и наибольшая совокупная доля перераспределения доходов, абсолютной бедности вообще нет, а экономический рост сохраняется, несмотря на все прогнозы скептиков. В России уровень социального расслоения в среднем 0,416, но в Москве - уже 0,6. И при этом сейчас отрицательный экономический рост. Конечно, необходимо учитывать еще и имущественное неравенство, а не только неравенство по доходам, и тогда оказывается, что россияне не так бедны. Кроме этого, в РФ колоссальное региональное неравенство, правда, сейчас богатым регионам предложили поделиться с бедными, но ведь есть регионы с региональным валовым продуктом на уровне Норвегии (это нефтедобывающие регионы), а есть на уровне Уганды (это кавказские республики). Как относиться к неравенству доходов и имущества? Необходимо ли существенное их перераспределение? В английской классической политической экономии именно Давид Рикардо объявил, что экономическая наука своим предметом имеет распределение. По его словам экономика — это всегда распределение производственных ресурсов, денежных средств и богатства. И если нет обстоятельств, которые препятствуют свободному колебанию спроса и предложения, то такая система распределения доходов справедлива. Это рыночная справедливость, она экономически объективна и не зависит от социальных факторов. Поэтому в системе распределения доходов в рамках свободного рынка нет ничего несправедливого.

Жан Сисмонди, левые рикардианцы, марксисты и другие говорили об изначально неравном положении рабочих и капиталистов, что дает возможность последним диктовать свои условия и забирать у рабочих часть дохода несправедливым образом. Справедливость состояла в том, чтобы полностью поменять такую систему распределения. Когда же в России пролетарии взяли власть в свои руки и национализировали предприятия, сразу выяснилось: что делать дальше, они не знают. Производство остановилось. Оказывается, фабрикам и заводам необходимо профессиональное управление, необходимы не только рабочие руки, но и инженеры, менеджеры, бухгалтеры и другие специалисты. Так бесславно закончился проект марксистской системы равного распределения и уравниловки в доходах.

Каждый народ, каждая страна имеет свою специфику и культуру организации хозяйства. Если в Англии господствуют принципы фритрейдерства, то в Германии - принцип социального народного хозяйства с главенствующей ролью государства. Кстати, то, что говорили немецкие экономисты 150 лет назад, сегодня тоже легко увидеть в различии политики Великобритании и Германии. В Германии действует социальное рыночное хозяйство, с высокой степенью перераспределения доходов и такой же высокой степенью социальной защиты. Во многих странах Европы стали господствующими социал-демократические принципы организации экономики. Их основное отличие от принципов политической демократии в том, что каждому гражданину предоставляется не только равное избирательное право, но и равное право на часть общественного продукта. Но при всем при этом предполагалось, что равные блага обеспечиваются всем только в минимально определенном объеме.

В 1970-е годы наступил первый после 1929 года мировой нефтяной кризис. Возникло понятие стагфляции (стагнация + инфляция). Денежная масса росла и должна была бы двигать бизнес и экономику, однако бизнес снижал свои обороты. Инфляция росла, но одновременно с ней росла и безработица. С точки зрения кейнсианской теории — это необъяснимо, так как при “накачивании” в экономику денег экономика должна идти вверх и безработица снижаться, а тут вдруг депрессия. Настало время для других теорий. И вот Милтон Фридман (Чикагский университет) предложил объяснение экономического развития с точки зрения позиции монетаризма. Экономическая система настолько сложна и непредсказуема, что если мы начнем ее регулировать, то все время будем ошибаться, и в итоге никаких положительных результатов не получим. Поэтому в целом государство должно регулировать только денежную массу, но регулировать правильно. При экономическом росте она должна пропорционально возрастать. То есть, надо отказаться от избыточной роли государства в экономике. Так в моду в конце 1970-х вошла экономическая политика денационализации - многие государственные предприятия были приватизированы. Вместо стимулирования спроса (накачивание деньгами сферы потребления) предлагали стимулировать предложение - снижать налоги на прибыль, стимулировать инвестиции, снижать издержки и внедрять инновации. Например, политика Маргарет Тэтчер была направлена на приватизацию предприятий по добыче угля в Англии. Снижались налоги для бизнеса, сокращались государственные расходы и бюджетный дефицит. Все это приводило к снижению инфляции. Такой же политики придерживался и Рональд Рейган в США. В результате чего инфляция упала с 13% в 1980 г. до 4% в 1988 г. При Рейгане максимальная ставка на доходы (подоходный налог) снизилась с 70% до 28%; уровень минимальной заработной платы не повышался, что естественно привело к росту социального расслоения и увеличению доли населения за чертой бедности.

Сегодня в полной мере учтены уроки и кейнсианской политики, и монетаризма, и государства благосостояния. Кризис 2007 г. показал, что кейнсианские рецепты вполне жизнеспособны, по крайней мере, ликвидность банков поддерживалась государством. Но все теперь признают, что добиваться экономического роста только через искусственное стимулирование государством спроса или предложения нельзя. Экономика сама должна быть устойчивой: отсутствие государственного долга, низкий бюджетный дефицит, низкая инфляция - все эти факторы, на которых настаивает монетарная политика, являются необходимыми условиями экономического процветания, но не достаточными. Рецепты монетаризма в области снижения социальной защиты и перераспределения доходов не принимаются. Экономический рост должен быть определенным образом сбалансирован с требованиями социальной справедливости.

В целом, необходимо признать, что равенство доходов или имущества не достижимо. Уравниловка не может быть признана справедливым распределением дохода - ведь принцип “равная оплата за равный труд” означает, что тот, кто больше трудится, имеет все права на большую оплату. Тот, кто занимается бизнесом, имеет все права на получение не заработной платы, а прибыли. Равное распределение имущества также невозможно. Каждый имеет справедливое право либо расходовать свои сбережения, либо накапливать имущество, передавать его по наследству или в дар.

Надо стремиться к тому, чтобы у всех в обществе были базовые блага - пропитание, кров над головой, достаточное образование, необходимый уровень обязательного медицинского обслуживания. Неслучайно сейчас активно проводится в разных странах эксперимент с обеспечением базового дохода гражданам - каждый имеет право на свою долю общественного дохода, а дальше волен заниматься чем хочет. И вот, что показательно - некоторые страны на референдуме принципиально отвергли такой путь развития. В Швейцарии базовый безусловный доход (вне всякой зависимости от деятельности индивида) был предложен в размере 2500 долларов США в месяц для взрослого и 600 долларов для ребенка. В июне 2016 г. на референдуме практически 80% граждан отказались от введения безусловного дохода, считая такую систему социального перераспределения неэффективной. «Я понимаю, что новое поколение беспокоится о том, как и где молодые люди найдут себе работу, но это предложение было просто нонсенсом, — рассказывает один житель Швейцарии, промышленный дизайнер. — Нельзя навязывать обществу идею о том, что деньги можно получать за бездействие». Финляндия и Канада также планируют провести эксперименты по внедрению политики безусловного базового дохода граждан. Предварительные социологические опросы 2016 г. в ЕС свидетельствуют, что большинство (64%) готовы поддержать такую инициативу. Все реализованные эксперименты с базовым безусловным доходом в масштабе отдельных регионов показали: люди не считают, что выделенные средства усилят социальную напряженность, приведут к росту преступности и увеличению числа тунеядцев.

Поделиться
Комментировать

Популярные посты автора

Закат эры собственности
С 2010 года возрос интерес к экономике совместного потребления или по-модному sharing economy. Для экономистов эта тема не нова, но бизнес уже..
Религия искусственного интеллекта
Крупные банки России заявляют о внедрении искусственного интеллекта (ИИ), а также вероятную замену многих рабочих мест технологиями ИИ
О правильном и правильности
Является ли мир, в котором мы живем, правильным?
Ну сколько же можно платить?
Поможет ли нам в целях социальной справедливости перераспределение богатства, в частности, введение более высоких налогов?

Комментарии

На данный момент никто не оставил комментариев.